swentari.ru

Фонд Даниила и Аллы Андреевых

§ 3. Десценденты

Одной из особенностей державы является непроизвольное порождение ею радикальных оппозиционных движений, внутри которых таятся ядра новых держав. Эти движения изначально враждебны господствующей державе и стремятся придти на ее место. В нашем тексте мы будем называть их “десцендентами”. Именно потому, что державы порождают десцендентов, и возможны в метакультурах смены держав.

Если десценденты возникают на стадии эскалации державы, они обречены на уничтожение ею. В эпоху Второй державы такими проигравшими соперниками были движения Разина, Пугачева, декабристов (РМ, 436)[4]. В эпоху Третьей – внутрипартийная и внутриармейская оппозиция, возникшая около 1923 г. и просуществовавшая, вероятно, до убийства Троцкого в 1940 г., а также движение генерала Власова в 1942-45 гг. (РМ, 485). Способность державы уничтожать возникающие внутри нее радикальные оппозиционные движения можно считать одним из признаков стадии эскалации.

На стадии деградации держава уже не в состоянии уничтожить ни одного из десцендентов, бросающих ей вызов. Для Первой державы это были различные движения эпохи Смуты, для Второй – народовольцы и продолжавшие их дело эсеры; большевики; кадеты и октябристы; и уже в 1917 г. перед самой гибелью Второй державы как более-менее политически организованная сила появляются анархисты. После 1917 г. представителем первого течения был Керенский, затем оно влилось в белогвардейское движение. Представителями третьего после 1917 г. были Корнилов, Деникин, Юденич.

Именно борьба десцендентов с погибающей державой и друг с другом является причиной кровавых междоусобиц, сопровождающих смену держав. Эти междоусобицы потрясали Россию в 1605-14 гг. и в 1917-21 гг.

В контексте этой борьбы можно рассмотреть и иноземные интервенции. Их провоцирует не только слабость старой державы, но и угроза утверждения новой. Целью этих интервенций на начальном этапе является препятствование смене держав. Причем в роли интервентов выступали государства, находившиеся во враждебных отношениях друг с другом: в 1610 г. это были Речь Посполитая и Швеция, в 1918 г. – государства Антанты и Центрального блока. Заметим, что в 90-е гг. ХХ в. ни широкомасштабной гражданской войны, ни иностранной интервенции в Россию не было.

Между крушением старой государственной системы и утверждением новой в прошлом имел место непродолжительный временной промежуток. Василий Шуйский был свергнут в июле 1610 г., он умер или был умерщвлен в сентябре 1612 г. В XVII в. междуцарствие продлилось 3 года. В начале XX века соответствующий переходный период был еще короче. Николай II был свергнут в марте 1917 г. и расстрелян в июле 1918 г. В XVII в. пик междоусобицы приходился на период 1610-12 гг., т.е. это было время до смены держав. В начале XX века пик междоусобицы пришелся на время после смены держав – на 1918-20 гг. В обоих случаях эти максимумы кровопролитий были относительно скоротечными. После 1613 и 1920 гг. новые государственные системы не только стремительно обретают уверенность и прочность, но и последовательно усиливаются.

После смены держав новая, только что утвердившаяся держава быстро (еще раз обратим на это внимание) уничтожает десцендентов, возникших на стадии деградации прежней державы. Их гибель неизбежна. После утверждения Второй державы в 1613 г. были подавлены все очаги оппозиции Романовым (самым заметным из которых было то, которое возглавлял Заруцкий – он был казнен в 1614 г.). После того, как в 1918 г. большевистское движение утвердилось в качестве новой, Третьей державы, были уничтожены десценденты, возникшие в эпоху Второй державы. Уже к концу 1921 г. (т.е. через три года после смены держав) военная “белая” и “зеленая” оппозиция большевикам прекратила свое существование.

Теперь взглянем на события в СССР и РСФСР-РФ в 1991-93 гг. Они резко отличаются от того, что происходило в России в начале XVII и в начале ХХ вв. Кроме того, что политические трансформации 90-х не сопровождались гибелью лидера государства, в этот период не было смуты такого масштаба как в 1610-12 гг. и 1918-20 гг. – с одной стороны. С другой стороны – период ослабления российского государства при Ельцине (1991-2000 гг.) был слишком продолжителен, чтобы, во-первых, видеть за ним процесс смены держав, которая протекает довольно быстро, а во-вторых, чтобы видеть в нем начало стадии эскалации.

Если же посмотреть на радикальную антидемократическую оппозицию в современной РФ, стремящейся к свержению существующего политического режима, то будет нетрудно заметить, что политические радикалы (крайние леваки и националисты), проявившиеся в середине 80-х гг., т.е. в период Третьей державы, продолжают существовать и в настоящее время. В современной РФ действуют три политические течения такого рода. Они не столь влиятельны, но их представителей отличает резкая нетерпимость к существующей ныне державе и стремление заменить ее новым строем, т.е. к утверждению новой державы. Это необольшевики, националисты-традиционалисты и, наконец, неонацисты. Все эти течения несут в себе ядра потенциальных держав.

Необольшевистское движение более-менее внятно заявило о себе 13 марта 1988 г., когда в «Советской России» было напечатано письмо Н. Андреевой. И хотя его и редактировали консерваторы-традиционалисты, служившие Третьей державе, сам посыл Н. Андреевой (не входившей номенклатурный истэблишмент) содержал в себе явный разрыв с ревизионистским курсом Горбачева. Некоторое время (в 90-е гг.) наиболее яркой фигурой в этом политическом спектре являлся В. Анпилов. В настоящее время оно проявляет себя преимущественно в лево-радикальных молодежных движениях (типа АКМ).

Националистическое течение делает упор на русском этническом национализме и вульгарном традиционализме, в том числе и конфессиональном. Здесь также нет одного постоянного колоритного лидера. В годы “перестройки” им может считаться вожак «Памяти» Васильев, в 1991-93 гг. – Константинов и Астафьев, генерал Стерлигов. В настоящее время к этому течению могут быть отнесены радикальные организации агрессивного монархического и конфессионального направления (всевозможные “союзы русского народа”, “православные хоругвеносцы” и пр.).

Лидеры третьего, неонацистского политического движения обращаются, прежде всего, к расовой идее. Для этого течения характерно подчеркивание своего интернационализма в пределах “белой” расы. В современной России к этому течению могут быть отнесены расисты-“язычники” и тайные и явные поклонники Гитлера.

На радикальном политическом фланге можно встретить и нечто вроде промежуточных движений, пытающихся играть сразу на двух идеологических полях, например, НБП Лимонова (соединяющее в себе необольшевистские, националистические и нацистские тенденции) или РНЕ Баркашова (этно-национализм, эволюционирующий к нацизму).

Зюганов и Жириновский не относятся к этим течениям, они представляют структурный элемент существующего ныне государственного режима. Фракции КПРФ и ЛДПР не только присутствуют во всех Государственных Думах, они обеспечивают державе стабильность, имитируя роль политической оппозиции. Эти партии, которые, кстати, обладают даже большей организационно-политической оформленностью, чем перетекающие друг в друга “партии власти”, выполняют роль идеологического буфера для Третьей державы. Без них их “электорат” достался бы тем силам, которые претендуют на радикальную смену политической парадигмы, или даже силам антигосударственной анархии. Но с другой стороны они и провоцируют социальный и национальный радикализм, создают фон, на котором множатся радикальные левые и националистические группировки, ориентированные на три обозначенные нами радикально-державные интенции.

Немного выходя за рамки этого фрагмента, мы можем интерпретировать конфликт 1993 г. в контексте нашего исследования, во-первых, как внутрисистемный (между Ельциным и Верховным Советом); во-вторых, как межсистемный (между Третьей державой и тремя десцендентами); в-третьих, результатом усиления президентской власти стало нарастание в государственности РФ влияния Третьей державы, приведшее к превращению российского национального государства в ее послушный инструмент.

Экскурс. Три отпочкования

В «Железной Мистерии» после гибели Третьего Жругра в результате схватки с уицраорами Запада (в истории она должна была отразиться в ядерной войне) остается три его детища, три, как их называет Андреев, “отпочкования”, стремящихся стать новыми уицраорами. Их волю в историческом слое выражают три Оратора:

      == Первый оратор ==

Мы – обездоленные
эксплуататорской
цивилизацией,
О коммунизме
припоминающие,
скорбя...

== Второй ==

За мною – русская,
многострадальнейшая
из наций,
От иностранщины обороняющая себя...

== Третий ==

За мной – Европа
военных подвигов,
а не иллюминаций:
Стальной пружиной
она раскрутится,
мир дробя!

Ядерной войны в 60-е гг. удалось избежать, хотя в 1962 г. СССР и США стояли на самом ее пороге (в момент Карибского кризиса, который закончился фактически поражением СССР). Следующий виток «холодной войны» завершился новым поражением СССР. Оно происходило параллельно разрастанию внутреннего кризиса и оживлению общественной жизни с середины 80-х гг. И в середине-конце 80-х гг., когда демократия сделала возможным открытое провозглашение политических взглядов, в политической жизни СССР появились радикальные движения, за которыми угадываются те самые отпочкования Третьего Жругра, появление которых предвидел Андреев – если следовать логике его текстов, они должны были появиться вне зависимости от того, погибнет Третий Жругр, или нет.

Андреев, предсказавший появление этих трех отпочкований, ничего не сказал о “демократическом” отпочковании. Но если в настоящее время царствует некий уицраор, а Андреев не ошибся, и у Третьего Жругра было всего три отпочкования, которые в настоящее время живы и активны, то из этого следует, что царствующий ныне уицраор – это все тот же Третий Жругр. Именно поэтому этот дряхлый уицраор не может уничтожить своих мятежных отпрысков. Если бы смена уицраоров произошла в 90-е гг., новый воцарившийся полный энергии уицраор легко уничтожил бы всех своих неудачливых собратьев-конкурентов.

Если мы обратим внимание на события 1993 г, то увидим, что против команды Ельцина и на стороне Верховного Совета выступили радикальные группировки, в идеологии которых нетрудно будет обнаружить как раз те тенденции, о которых шла речь в «Железной мистерии». В октябре 1993 г. они потерпели поражение, но не были уничтожены. И они существуют до настоящего времени (а после 1993 г. прошло уже 14 лет!). Такое продолжительное существование этих движений говорит нам о том, что ныне существующая держава оказалась не в силах их уничтожить. Это означает, что она находится на стадии деградации, а не эскалации. Соответственно она может быть только Третьей и никакой иной.

 



[4] Ссылки на тексты Д. Андреева даются в нашем тексте в круглых скобках. Условные обозначения: РМ – “Роза Мира”, ЖМ – “Железная Мистерия”. Номера страниц указаны в соответствии с изданием: Андреев Д.Л. Собрание сочинений в трех томах. М., 1993-97. Нумерация страниц во втором томе собр. соч. соответствует отдельному изданию “Розы Мира” – Д.Л. Андреев. “Роза Мира”. М., 1998.

 
 
© 2006 «Swentari.ru» Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При цитировании материалов в Интернете гиперссылка (hyperlink) обязательна.
Мнения авторов могут не совпадать с точкой зрения составителей. Связь с редакцией по электронной почте: info@swentari.ru Редакция рассматривает все предложения о публикации статей, но оставляет за собой право не вступать в переписку с авторами.