swentari.ru

Фонд Даниила и Аллы Андреевых

§ 2. Стадии и рубежи державной истории

Начало российского великодержавия (как Первой державы, так и всей его макро-системы) относится к трагическим событиям рубежа 30-40 гг. XIII в. Самая первая держава в любой метакультуре возникает в результате защитной реакции этой метакультуры на внешнюю угрозу, чреватую гибелью этой метакультуры в историческом слое. В случае с Российской метакультурой эта угроза впервые возникла в 1237-41 гг. – тогда опасность исходила одновременно с двух сторон. Основную угрозу Российской метакультуре представляли монголы, второстепенную – католические государства (Ливонский орден и Шведское королевство).

В истории Российской метакультуры можно выделить эпохи трех держав. Эпоха первой длится от Александра Невского до междуцарствия 1610-13 гг. Эпоха второй связана с династией Романовых. Эпоха третьей – начинается в 1917-18 гг.

В истории каждой державы можно выделить несколько взаимно обусловленных рубежей и стадий. Пересечение этих рубежей и переход на новую стадию характеризуется необратимыми качественными изменениями, которые переживает держава. Собственно, эти изменения и позволяют нам выделять фазы развития держав. При этом на каждой стадии могут происходить колебания состояний, которые не ведут к необратимым качественным изменениям держав. Нахождение отличий таких колебаний от системных трансформаций, которые переживает держава, переходя с одной стадии на другую, является одной из ключевых задач нашего исследования. Определение рубежей и стадий – процесс во многом интуитивный (как и любой творческий исследовательский процесс), но в то же время мы, с одной стороны, давая характеристику разным стадиям державности, можем апеллировать к исторической очевидности, с другой – применять логический подход при целостном, системном исследовании державного развития.

Первый рубеж – это утверждение державы. С этого момента она становится силой, стремящейся воздействовать на все стороны жизни государства и общества. Для Первой державы условной датой утверждения (в ее случае – возникновения) может считаться март 1238 г., когда после разгрома монголами на реке Сити армии великого князя Юрия Всеволодовича началась самостоятельная военно-политическая карьера Александра Невского, в 1240 и 1242 гг. сумевшего нанести поражения шведам и Ливонскому ордену. Эти военные победы были первыми проявлениями активности этой державы.

В случае со Второй и Третьей державами можно говорить не об их возникновении, а об их утверждении после смены держав. Условной датой утверждения Второй державы может считаться избрание и венчание на царство Михаила Романова (февраль – июль 1613 г.). Для Третьей державы датой окончательного утверждения является казнь в Екатеринбурге Николая II и его семьи 17 июля 1918 г. (именно это событие, по мнению Андреева, было отражением в истории смены уицраоров).

За возникновением или утверждением державы следует стадия эскалации. Ее особенностью является то, что держава в этот период наращивает свое могущество, даже если ей приходится сталкиваться с тяжелыми испытаниями и поражениями. В целом же ее внутреннее и внешнее могущество усиливается, территория расширяется, а население растет (об этих аспектах державного развития мы будем говорить чуть ниже). Внутренний государственный режим на этой стадии постепенно ужесточается, хотя на некоторых ее этапах давление государства на общество может временно ослабевать.

На стадии эскалации каждая держава совершала креативный рывок. В Первой это произошло при Иване III и особенно при Иване IV (примерно до 1560 г.). Во Второй – при Петре I. В Третьей – при Ленине. Все эти правители изменяли структуру и идеологическое обоснование своего статуса. Иван IV стал первым русским царем. Петр I был объявлен императором. Большевистский переворот вообще изменил систему власти – во главе государства встал не монарх божьей милостью, а якобы представитель всего народа. Обращает на себя внимание, что в каждой новой державе этот идеологический поворот совершался все быстрее. Если Первой державе для этого понадобилось два века, то Второй – уже меньше одного. Третья держава вообще внедрила принципиально новую идеологию с самого начала своего существования.

Итогом стадии эскалации становится достижение державой своего предельного могущества (апогея). В российской истории во внешней политике это связано с переживанием державой военного триумфа. В эпоху Первой державы это были покорение татарского Поволжья (Казани и Астрахани) на востоке и захват Полоцка в 1563 г. на западе. Во эпоху Второй – победа над Наполеоном и вступление российских войск в Париж в 1814 г., в эпоху Третьей – победа над Гитлером и взятие Берлина в мае 1945 г., а затем и победа союзных Сталину китайских коммунистов в 1949 г.

Но держава – это весьма противоречивое образование. Самые первые державы в метакультурах возникают в ответ на смертельную угрозу этим метакультурам со стороны инометакультурных политических образований. Это отчасти оправдывает существование держав. Но по своей сути держава – это сила, изначально разрушительно воздействующая на метакультуру. До какого-то времени эта сущность державы может компенсироваться частичным совпадением ее интересов с задачами и ценностями метакультуры. Это совпадение является одним из основных факторов, стабилизирующих существование державы. Одной из таких наиболее очевидных, т.с. верифицируемых ценностей в любой метакультуре является свобода (политическая, религиозная, экономическая). Как только на стадии эскалации державы режим в связанном с ней государстве становится чрезмерно жестким или утрачивает потенции собственного смягчения, держава перестает отвечать метакультурным задачам и превращается целиком во враждебную метакультуре силу. Этот разрыв является необратимым. Для державы он оборачивается нарастанием внутренних противоречий, которые она оказывается уже не в силах разрешить. Впоследствии уже никакие действия державы не могут вернуть ей первоначальной устойчивости, которой она обладала на начальном этапе стадии эскалации.

Таким хронологическим рубежом для Первой державы будет рубеж 1564-65 гг., когда происходит бегство Ивана IV в Александровскую слободу и учреждается опричнина[2]. Для Второй – 1819 г.[3], когда в роли наследника трона окончательно утвердился Николай Павлович, с этого времени ставший основным проводником воли державы Романовых. Это событие как бы символизировало окончательный отказ державы от содействия оформлению российской политической нации, воля которой могла найти проявление в системе демократического представительства (со всеми неизбежными на тот момент ограничениями). В результате российская политическая нация в XIX в. так и не сложилась, что повлекло за собой печальные последствия не только для самой России, но и для всего мира. Третья держава отличается от двух предыдущих своим стремительным развитием. Ее стадия эскалации приходится на 1918-1953 гг. и соответствует периодам от 1238 до 1584 гг. (в Первой державе) и от 1613 до 1855 гг. (во Второй). Но в отличие от первых двух держав она в принципе не только никогда не соответствовала метакультурным задачам и ценностям, но еще до своего утверждения направленно им противостояла.

Усиление державы не может продолжаться бесконечно, и рано или поздно она достигает своего предельного могущества. Невозможность дальнейшего усиления в сочетании с попытками державы продолжать экспансию (внутреннюю и внешнюю) и/или ее активное противостояние ценностям метакультуры вызывает перенапряжение державы. Оно, в свою очередь, приводит ее к надрыву. Все эти рубежи, которые пересекает держава, приводят ее к необратимым трансформациям. Одна и та же держава не может дважды переживать свое предельное могущество. После надрыва может происходить ее частичная стабилизация, но возврата к прежнему “апогейному” состоянию быть уже не может.

Надрыв может быть процессом, имеющим протяженность во времени. Во внешней политике надрыв связан с поражениями в противостоянии с другими государствами. Для Первой державы это была Ливонская война, для Второй – Крымская. Надрыв Первой державы начался в 1579 г., когда войска Стефана Батория заняли Полоцк. Надрыв Второй – в 1854 г., когда в Крыму русские войска потерпели поражение при Альме, а флот без боя был затоплен в Севастопольской бухте.

Перенапряжение Третьей державы, с самого начала противостоявшей метакультурным задачам, началось еще до того, как она достигла предельного могущества. «Чудо на Висле» в августе 1920 г. остановило первый большевистский натиск на Запад. После этого поражения Советская держава уже не могла использовать ресурсы Европы и была вынуждена заняться “построением социализма в одной отдельно взятой стране”. Следствием перенапряжения Третьей державы можно считать и 22 июня 1941 г., и Аламогордо 16 июля 1945 г., исключившие возможность захвата Сталиным всей Европы. Однако держава продолжала оставаться на стадии эскалации, и поэтому были возможны разгром Гитлера в 1945 г. и производство атомной бомбы в 1949 г. Начало надрыва Третьей державы условно может быть соотнесено с невозможностью продолжать коммунистическую экспансию, что продемонстрировали провал блокады Западного Берлина в 1948-49 гг. и война в Корее (1950-53 гг.).

Завершение надрыва можно связать со смертью тех первых лиц государства, при которых держава достигла предельного могущества. Для Первой державы таким рубежом будет смерть Ивана Грозного (1584 г.), для Второй – Николая I (1855 г.), для Третьей – Сталина (1953 г.).

После надрыва держава входит в новую стадию – деградации. Для Первой державы она приходится на 1584–1610 гг., для Второй – на 1855–1918 гг. Третья держава вступила в эту стадию в 1953 г.

Первые признаки деградации начинают проявляться еще в период достижения державой предельного могущества и перенапряжения. Во внутренней политике она выражающиеся, главным образом, в идеологическим застое, в выборе тупикового пути экономического развития, а во внешней – в неспособности реализовать амбициозные экспансионистские планы (заметим, что все три идеологические модели, присущие российским державам в период правления Ивана Грозного, Николая I и Сталина, были уже довольно анахроничны).

На стадии деградации происходит постепенное угасание политического пыла державы. Это не означает, что она немедленно и резко ослабевает, или что она на всей этой стадии находится в состоянии постоянного и очевидного кризиса. Она еще может довольно долгое время сохранять свою мощь. На этой стадии спады чередуются с относительными стабилизациями. Например, режимы Фёдора Иоанновича и Годунова (до 1600 г.), Александра II и Александра III, Хрущева и Брежнева кажутся еще вполне устойчивыми. Для периодов Александра II – Николая II и Хрущева – Брежнева характерно развитие экономики. В послесталинскую эпоху осваивался космос и повышался уровень жизни.

Во внешнем мире державы на этой стадии кажутся еще сопоставимы по мощи со своими главными внешнеполитическими конкурентами. Они еще сохраняют способность переходить в наступление на соседей и брать реванши за былые поражения (Тявзинский мир, заключенный Годуновым со Швецией; победа в русско-турецкой войне 1877-78 гг.; достижение ядерного паритета с США при Брежневе). Более того, возможно даже некоторое расширение пределов государства или сферы его влияния (присоединение территорий Дальнего Востока и Средней Азии при Александре II и внешнеполитические успехи СССР в “третьем мире” при Брежневе).

Но все это – только инерция былого могущества каждой из этих держав. После надрыва меняется характер державного бытия, способствовавший активному поддержанию самоусиления державы на стадии эскалации. Если до надрыва происходило постепенное, хотя и, возможно, прерывавшееся нарастания могущества, то после надрыва неизбежно будет следовать постепенное ослабление державы, которое мы и называем “деградацией”. Например, после смерти Сталина, несмотря на все вышеперечисленные успехи, Третья держава безвозвратно утратила былую “пассионарность”. Она пыталась в основном сохранить то, что имела, чем приобрести что-то новое. Уже ни о какой мировой революции “кремлевские старцы” 70-80-х больше не мечтали. Попытки же приобретения часто заканчивались тяжелыми поражениями (самый яркий пример – Афганистан).

На этой стадии могут чередоваться ограниченные реформы и периодические реакции, попытки возврата к тем формам политического режима, которые имели место на стадии эскалации. Но в этот период любая активность державы, направленная на преодоление кризиса – как реформаторская, так и консервативная – не снимает проблем, а только в лучшем (для державы) случае отодвигает их. Держава оказывается в положении, близком к тому, который в шахматах называется “цугцванг”, когда каждый следующий ход ведет к общему стратегическому ухудшению положения. Реформы приводят к активизации противников режима и при этом не могут устранить коренных противоречий державы, а реакция, которая “подмораживает” общественные процессы, только подготавливает следующий социально-политический взрыв, направленный против державы. Деградация является, как мы уже отмечали, необратимым процессом и неизбежно заканчивается гибелью старой державы.

В России одним из основных признаков смены держав является резкость перехода от одного режима к другому, выражающаяся в колоссальных социально-политических сдвигах, сопровождающихся кровавой междоусобицей и иноземной интервенцией. Причем этот переход должен происходить после заметного ослабления политического режима деградирующей державы. Уничтожение старой державы сопровождается физической гибелью связанного с нею верховного политического лидера последнего периода ее существования. Эту гибель можно считать главным элементом кадровой трансформации, сопровождающую смену держав. Смене держав в 1613 г. предшествовала гибель в польском плену царя Василия Шуйского и его брата Дмитрия в сентябре 1612 г. Смена держав в июле 1918 г. была отягощена убийством Николая II и его семьи в Екатеринбурге.

Итак, мы выделили стадии, этапы и рубежи, которые переживаются державами. Для того, чтобы рассмотреть состояние современной российской государственности, мы выделим несколько наиболее наглядных и относительно верифицируемых критериев, позволяющих нам установить, имела ли место смена держав и на какой стадии находится ныне существующая держава. Это: 1) присутствие или отсутствие на политическом поле радикальных группировок, несущих в себе ядра новой державы, а также их ожесточенная борьба друг с другом в период крайнего ослабления деградирующей державы и предшествующие смене держав, сопровождающаяся иноземной интервенцией; 2) территориальное и демографическое состояние государства; 3) смена политических элит и стиля их правления или отсутствие этой смены; 4) идеологическое оформление власти. В отдельности каждый из этих критериев не может претендовать на самодостаточность. Но в комплексе, взаимодополняя друг друга, они повышают вероятность того, что нам удастся определить, на какой стадии находится ныне существующая российская держава и какой по счету она является.



[2] Согласно Андрееву, параллельно этому происходит снятие демиургической санкции с Первого Жругра.

[3] Согласно Андрееву, в этом году Демиург Российской метакультуры не только снял санкцию со Второго Жругра, но и впервые вступил с уицраором в борьбу.

 
 
© 2006 «Swentari.ru» Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При цитировании материалов в Интернете гиперссылка (hyperlink) обязательна.
Мнения авторов могут не совпадать с точкой зрения составителей. Связь с редакцией по электронной почте: info@swentari.ru Редакция рассматривает все предложения о публикации статей, но оставляет за собой право не вступать в переписку с авторами.